Печать

 

  В этой квартире Алеша Толстой жил с осени 1899 года по май 1901, во время обучения в Самарском реальном училище. Став студентом Санкт-Петербургского Технологического института, он неоднократно приезжал сюда на летние каникулы.  Обстановка в квартире восстановлена на 1900 год — по письмам семьи Толстого и воспоминаниям Александры Первяковой — приемной дочери Алексея Аполлоновича Бострома, отчима писателя. Посещение мемориальной квартиры — редкая возможность познакомиться с бытом небогатой дворянской семьи в первый годы 20-г века. Унаследованные от предков дорогие вещи и предметы мебели тут соседствуют с довольно простыми, купленными во времена, когда экономить приходилось на всем.

          В небольшой прихожей, как и прежде, всех встречает английское зеркало начала 19 века. Двери из нее ведут в столовую, гостиную и комнату мамы,  Александры Леонтьевны.  В комнате Александры Леонтьевны на спинке кресла – одна из ее шалей, рядом - летний французский зонтик из черного кружева.

 

На письменном столе  в стопке книг журнал «Русское богатство» с ее очерком   «День Павла Егоровича». На туалетном столике можно полюбоваться множеством «дамских мелочей», дающих представление о быте небогатой дворянки того времени.

           Столовая - место, где семья собиралась для общения и обсуждения своих проблем.

   

В горке справа у окна - посуда, переданная в музей старшей внучкой А.Н. Толстого Мариной Евгеньевной Шиловской. Слева — старинный шкаф красного дерева. 

          В просторной и  светлой комнате Алеши Толстого были созданы все условия для успешно учебы. На письменном столе, помимо необходимых школьно-письменных принадлежностей находятся предметы, рассказывающие об увлечениях Алеши. В металлической коробке тюбики с красками. Он с удовольствием рисовал, брал уроки живописи и рисования у известного самарского художника Кирика Николаевича Воронова. На углу стола фотоаппарат фирмы «Кодак».  Таким замечательным подарком порадовали родители своего сына  на его 16-летие. Здесь Алексеем Толстым   было написано большое количество стихов, несколько рассказов,  повесть «Жизнь».

 

           В гостиной слева у стены  как когда-то стоит бюро красного дерева, за которым любила работать Александра Леонтьевна. Бюро было подарено ей отцом – Леонтием Борисовичем Тургеневым ко дню свадьбы с графом Николаем Александровичем Толстым в 1873 году.

         

Кабинет хозяина дома, главы этой небольшой семьи, а также  члена губернской земской управы Алексея Аполлоновича Бострома. На письменном столе – книга «Вселенное и человечество» с автографом хозяина, литературно-художественный журнал «Образование»  с рефератом  А. А. Бострома о воспитании молодежи.

  

История создания экспозиции

   К 100-летию со дня рождения русского советского писателя А.Н. Толстого в Куйбышеве (Самаре) по ул. Фрунзе (ранее Саратовской) в мемориальном доме (ныне дом №155-6) создается филиал Литературно-мемориального музея имени М. Горького - музей А.Н. Толстого. 
   Представляется поучительным проследить этапы создания мемориальной экспозиции этого музея. Первый ее этап относится к 60-м гг., когда сотрудники музея им. М. Горького стали собирать материал о всех писателях, так или иначе связанных с Куйбышевской областью, особенно о писателях-земляках. Началось и изучение мемориальных мест города Куйбышева и области, в частности дома А.А. Бострома, отчима А.Н. Толстого. В этом двухэтажном деревянном доме будущий писатель жил в период учения в Самарском реальном училище (1899-1901 гг.).      Как свидетельствуют письма его родителей 1899 г., семья занимала правую сторону второго этажа. Здесь до последних дней жили мать Алексея Николаевича - писательница А.Л. Толстая (псевдоним А. Востром) и отчим А.А. Востром - видный общественный деятель Самары. Сюда А.Н. Толстой, уже студент Петербургского технологического института, постоянно приезжал на праздники и каникулы вплоть до 1906 года, (до смерти матери), позднее бывал в гостях у отчима, последний раз - в 1913 г. 
Нам было важно запечатлеть в музее не только человека, но прежде всего начинающего писателя. Ведь именно в период учебы в реальном училище АН. Толстой пробует себя в самых разных жанрах: пишет стихи, элегии, поэмы, пьесы-шутки и ряд автобиографических рассказов. Иными словами, это были годы начала творчества, еще робкого, ученического, но все же творчества, а в прозе уже чувствовалось тяготение юноши к реалистической манере письма.
   При подготовке к созданию мемориальной экспозиции мы стремились опираться на достоверные документальные источники. Так, по воспоминаниям В.В. Севастьяновой, А.Н. Толстой в 1936 г., путешествуя по Волге, во время стоянки парохода в Куйбышеве вместе со своей женой Л.И. Толстой побывал в доме, где раньше жила их семья. Он отметил, что дом мало изменился, показал, какие из комнат принадлежали ему и матери . 
   По счастью, с архитектурной точки зрения мемориальный дом неплохо сохранился: верхняя часть его снаружи еще до революции была обшита строганной фигурной доской (сравнительно недавно во время ремонта нижние доски были сменены), оконные проемы и слуховые окна отделаны резными наличниками и карнизами, причем некоторые из них совсем не повреждены, в иных местами не нарушен резной фриз на деревянных карнизах. К сожалению, от балкона остались только балки по фасадной стороне дома, но ведь деревянные балконы в чем-то повторяли рисунок, обрамляющий окна. 
   В мемориальной квартире все вновь появившиеся перегородки были сделаны не до потолка, поэтому рисунок потолочного фриза ни в одной из мемориальных комнат не был нарушен. Правда, появились новые двери, но старые дверные проемы легко можно было найти при обследовании. 
Сотрудники музея им. М. Горького понимали необходимость быть документально точными, не допускать приблизительности в интерьерах квартиры писателя. На следующем этапе было решено, что прежде всего надо как можно скорее встретиться с людьми, которые что-то могут рассказать о жизни семьи АН. Толстого в этом доме. Ведь с каждым годом таких людей становится все меньше.
   Был разыскан адрес А.А. Первяковой, приемной сестры АН. Толстого, которую взяли на воспитание его родители в 1900 г. Первякова охотно откликнулась. О доме она написала мало, в основном подтвердив то, что нам уже было известно. Первякова жила в этом доме до 1923 года (А.А. Востром умер в 1921 г.), потом уехала в Баку. Мы попросили ее назвать людей, которым она продала мебель при отъезде. Первякова вспомнила только одну фамилию: часть мебели продала Лапкиным. Поиски семей с этой фамилией ничего не дали. Снова пошли письма в Баку. Первякова посоветовала поискать еще одну фамилию: дочь Лапкиной дружила с Власовым, должна была выйти за него замуж. Имен дочери и ее жениха вспомнить не смогла. На этот раз нам повезло. В одной из квартир, где жила семья Власовых, девочка на вопрос, не слышала ли она фамилию Востром, ответила: "Слышала. Бабушка у них мебель покупала". В этой квартире сохранились две мемориальные вещи: небольшой книжный шкаф и шифоньерка красного дерева, нуждавшаяся в серьезной реставрации. Посудный шкаф и письменный стол музею передал доктор Я.С. Гуревич, который снимал квартиру в доме А.А. Бострома в 1915 году. По его утверждению, мебель была куплена у хозяина дома и принадлежала ранее семье писателя. 
  Подтвердить, действительно ли вещи, взятые у Власовых и Гуревичей. принадлежали семье писателя, могла только А.А. Первякова. В 1967 г. в музее имени М. Горького создавалась экспозиция "А.Н. Толстой в самарском Заволжье", и мы пригласили Первякову в Куйбышев. К ее приезду в одном из залов поставили приобретенную мебель. К нашей радости, гостья сразу же узнала мебель из дома А.А. Бострома. Она рассказала, в каких комнатах стояли веши. взятые у Власовых, как изменилась шифоньерка (точно такая же шифоньерка, по ее словам, находится у Л.И. Толстой в Москве). Были названы и еще несколько вещей, привезенных из Самары в московскую квартиру писателя. Мебель же, переданная Я.С. Гуревичем, как оказалось, действительно принадлежала А.А. Бострому, но стояла не в его квартире, а в комнатах, которые сдавались внаем меблированными. 
А.А. Первякова воссоздала для нас по памяти интерьеры каждой из комнат с довольно подробным описанием вещей, указала размеры оконных переплетов, дверей, цвет фанеровки, обивки, рисунок и цвет обоев и т.д. Было зафиксировано, как выглядела планировка квартиры мемориального дома, какими были двор, остальные постройки на его территории. И только после этого мы с Первяковой пошли в дом А.А. Бострома. План квартиры, начерченный до этою, соответствовал действительности, но при посещении ее Первякова вспомнила дополнительные детали. По ее рассказам, к дому вела от ворот густая сиреневая аллея, под окном комнаты А.Н. Толстого росла березка. Сейчас ничего этого во дворе нет, растет лишь несколько американских кленов. Были два садика - для детей и для взрослых, в одном из них - беседка. Садики сохранились, но заасфальтированы и почти совсем не имеют посадок. Двор был огражден рисунчатым забором. Но с каким рисунком, какой высоты, какой частоты доски7 Все записи, сделанные со слов А.а. Первяковой, она заверила своей подписью.
Л.И. Толстая подтвердила, что действительно часть самарской мебели семьи А.Н. Толстого находится в ее московской квартире. Она передала в наш музей бюро матери писателя, остальные самарские вещи сфотографированы, на оборотной стороне фотографий записаны их легенды, заверенные подписью ЛИ. Толстой.
   Время от времени по местному телевидению под рубрикой "Поиски и находки" сотрудники музея рассказывают куйбышевцам о своих приобретениях и разысканиях, обращаются за помощью к жителям города. Однажды была высказана просьба ко всем, кто знает что-то о дореволюционном прошлом мемориального дома и двора по ул. Фрунзе, поделиться своими воспоминаниями. Некоторые мелкие подробности (о скамейках, палисаднике, покрытии двора, посадках), кроме Я.С. Гуревича, сообщила М.Н. Егорова, которая в 1914-1915 гг. познакомилась с семьей Бострома. Она передала в музей маленькую металлическую шкатулку с инициалами матери писателя. Эту шкатулку А.А. Бостром подарил дочери М.Н. Егоровой. Помогли и воспоминания ЕЮ. Гана (товарища А.Н. Толстого по реальному училищу), Е.Д. Квятковской, ранее жившей в доме №155-6. 
В 1971 году в музее имени М. Горького открылся зал "А.Н. Толстой в Самарском Заволжье", где из мебели и вещей семьи писателя был создан мемориальный уголок. С каждым годом в музее рос архив А.Н. Толстого, накапливались сведения о мемориальном доме. С 1969 г. коллектив научных сотрудников музея имени М. Горького в планах своей научно-исследовательской и собирательской работы значительное место уделял вопросу создания музея А.Н. Толстого. Новые находки частично включались в литературную экспозицию толстовского зала. Из разных источников поступили в музей еще некоторые мемориальные вещи, увеличился фонд эпистолярного материала и документов семьи писателя, книг с ею автографами. Особенно помог нам в сборе вышеназванных материалов сын писателя Д.А. Толстой.
    Мы понимали, что разыскать всю мебель из дома А.А. Бострома не удастся. Одни вещи находились в таком состоянии, что самые опытные реставраторы не смогли бы их восстановить, другие пропали безвозвратно. Но есть такие музейные предметы, без которых не может быть создано ни одного литературного музея. Это книги. Они были самой большой ценностью в семье будущего писателя. С русской классикой А.Н. Толстого начали знакомить, по ею собственному утверждению, лет с семи2. Любимыми писателями его были Пушкин, Тургенев, Некрасов, Лев Толстой. Но ведь кроме книг, которые читались вслух, в доме должны быть и другие журналы и книги, принадлежавшие только родителям и лишь позже попавшие в руки юноши. Чтобы получить наиболее полное представление о том, какие еще книги и журналы находились в доме, нами были внимательно прочитаны рукописные варианты автобиографии писателя, воспоминания родных и близких, записи матери, письма родителей, детские и юношеские письма А.Н. Толстого. Так мы выяснили, что у А.А. Бострома были номера "Отечественных записок"; выписывался "Вестник Европы", в котором публиковали свои произведения Тургенев, Островский, Гончаров, Салтыков-Щедрин. В доме были также произведения Добролюбова, Писарева. Мать приобретала для сына естественнонаучную и историческую литературу: "Первобытные люди" Дебьера, "Происхождение человека" Дарвина в переводе Сеченова, "О причинах явлений в органической природе" Гексли и т.д. У нас образовался довольно внушительный список книг семейной библиотеки. 
   К 1976 г. в музее имени М. Горького было уже свыше 200 редких изданий книг А.Н. Толстого и свыше 500 книг и журналов тех лет и изданий, что были в семье будущего писателя. Мы понимали, что подбор литературы в доме А.А. Бострома свидетельствует о богатстве духовных интересов родителей А.Н. Толстого и их стремлении вырастить сына разносторонне развитым человеком, превыше всего ценящим интеллектуально насыщенную жизнь. К этому времени архив А.Н. Толстого насчитывал около тысячи единиц хранения. На этом этапе поисков у нас уже была значительная научная картотека, которая в будущем станет основой работы над научными паспортами. Первые разделы картотеки - описание внешнего вида мемориального дома, двора, хозяйственный построек; интерьеры и внутреннее убранство квартиры, библиотека. Позднее библиотека значительно увеличится. 
    Коллектив музея начал работу с художниками, вместе с ними выработал рекомендации для архитектурно-реставрационного задания, подготовил материалы для технической документации на капитальный ремонт и реконструкцию дома. Было принято решение реставрировать дом и квартиру А. А. Бострома на 1901 год - последний год пребывания А.Н. Толстого в Самаре. 
     После окончания работы в мемориальном доме следующим ее этапом будет реконструкция двора. Но изучение всех возможных документов о постройках и территории двора, а также создание проекта его реконструкции вошло составной частью в документацию уже сейчас. В тех комнатах, которые занимала семья А.Н. Толстого, восстанавливается мемориальная квартира, за исключением кухни, а в остальной части дома производится перепланировка для размещения там литературной экспозиции, а также служебных помещений. Работа с проектными организациями Ленинграда и Куйбышева потребовала еще более глубокого изучения документов и материалов, относящихся и ко всей усадьбе, и к мемориальному дому, и к мемориальной квартире. Началось изучение конструкций и фундамента дома. Строители высказали предположение, что он построен в 80-х гг. XIX в., но следовало узнать это как можно точнее. Было решено просмотреть в Государственном архиве Куйбышевской области всю документацию, которая могла бы дать какие-то сведения о постройках той части города, где находился интересующий нас дом. Коллектив музея стремился восстановить дом, квартиру, а позднее и всю усадьбу с предельной документальной точностью. Просмотрены отчеты городской управы с 1850 г. Выяснено, что именно в 40-80-е гг. находилось на участке, где стоит мемориальный дом. Установлено, что в 1894-1895 гг. там были расположены два деревянных двухэтажных дома и каменный флигель, которые и были куплены в 1899 г. А.А. Бостромом. Изучение же окладных описей и оценочных ведомостей (последние были введены городской думой в 1901 г.) дало возможность более четко представить себе, каковы были усадебное место, дома, квартиры, характер строений, чем были крыты крыши, какие именно надворные хозяйственные постройки находились в глубине двора. 
    Много ценных сведений было получено, и все же некоторые вопросы оставались невыясненными. А.А. Первякова говорила, что печь в гостиной была облицована кафелем, а об остальных ничего сказать не могла. По рисунку потолочного фриза и доскам пола видно, какова была форма печей. Их было две на пять комнат и прихожую. Но из какой комнаты отапливалась каждая печь? Ведь печи следовало реконструировать. В этом вопросе помог архив Куйбышевского инвентаризационного бюро. Там мы нашли старые дореволюционные планы дома с обозначением печей и топок в них. 
     Еще до отселения дома научные сотрудники музея обратились ко всем его жильцам с просьбой ничего не менять в доме из старой фурнитуры окон и дверей. Просьба была выполнена: жильцы не только не сняли ни одной ручки, шпингалета, но и в своих сараях добросовестно искали нужные нам для реконструкции мемориального дома вещи (крючки, ранее снятые двери, ручки к ним и т.д.). Все, кто жил в доме более пятидесяти лет, делились своими воспоминаниями о ремонте дома, об изменениях во дворе, о старом его покрытии, посадках. Ленинградские художники В.П. Воробьев и Д.Е. Катенин изучали справочники по строительству двухэтажных деревянных домов конца прошлого века. И они, и мы просмотрели всю возможную литературу по оформлению интерьеров в домах различных социальных слоев. Выяснили вместе вопрос, не было ли в доме электрического освещения и телефона. Из отчетов городской управы за 1901 г. узнали, что в это время электричество было лишь в нескольких очень богатых частных домах. А вот владельцев телефонов в этой части города было гораздо больше. Однако в ежегодных адрес-календарях Самарской губернии за 1899-1901 гг. в списках владельцев телефона фамилии А.А. Бострома мы не обнаружили. 
Особенно много вопросов оставалось по интерьерам мемориальной квартиры. А.А. Первякова перечислила крупные вещи и указала их место в каждой из комнат. Но ведь в доме было и много мелких предметов, которые должны создать "эффект присутствия", например вещи на письменном столе. И мы снова занялись изучением эпистолярного наследия. Архив музея был уже весь исследован, из каждого письма сделаны соответствующие выписки. Теперь было решено внимательно изучить переписку родителей, хранящуюся в Москве. Так как семья А.Н. Толстого всегда испытывала материальные затруднения, мать писателя во многих своих тетрадях делала хозяйственные записи: что нужно отремонтировать и как, что нужно купить и сколько, иногда давалась характеристика отдельным вещам. Подобного же рода сведения встречаются и в переписке родителей. Наши поиски увенчались успехом. В одной из хозяйственных тетрадей3 были найдены записи "Что взять в Самару", где перечислена мебель, которую решили вывезти из Сосновки на городскую квартиру. В другой тетради в списке "Что взять на дачу"4 идет перечисление мебели и посуды. А из одного письма матери мы знаем, что вывозили на дачу почти всю мебель. Вещи в списках не только названы, но иногда указано, из какой они комнаты, кому принадлежат (например, "мой письменный стол", "большой диван из гостиной", "шкаф Лели платяной" и т.д.). Два списка, составленные матерью писателя, перечень Первяковой, выписки из писем поражали разнохарактерностью мебели в доме: наряду с вещами красного дерева были и дубовые, некоторые предметы покрашены в черный цвет, есть и кустарные поделки. Все объяснило одно из писем 900-х гг. А.А. Бострома к жене: "Обстановка у нас не подобранная к требованиям наших условий существования, а случайная... Такой винегрет, что разобраться трудно, да правду сказать, - мы были полны такими интересами, что до этого не доходило. Мы в наивности даже не замечали, как должны были резать глаз наши сосновые шкафы простого дерева". 
   На следующем этапе работы, после просмотра всех хозяйственных книг и переписки родителей, мы сделали картотеку по комнатам. Нашли даже опись всех подушек в доме. Знаем теперь цвет обивки мягкой мебели, сукна на письменных столах и т.д. В доме любили два цвета - зеленый и красный. Найдена опись всей посуды семьи (это было вызвано сменой кухарки). Есть письма, где идет речь о перестановке мебели в комнатах (чаще всего после ремонта). Все эти сведения заносились на карточки. 
Но очень хотелось четко представить себе все окружавшее будущего писателя. По письмам мы знали, что в 1900 г. он увлекся фотографией. Маленькие любительские снимки у Л.И. Толстой дали очень многое. Большая часть их сделана во дворе мемориального дома. Теперь мы знаем, какими были ограждение, беседка, скамейки, посадки зеленых насаждений в отдельных местах, покрытие двора. Есть и фотографии, сделанные на даче. На них видны обеденный стол, стулья, самовар и т.д. На снимках, запечатлевших родных и близких, в квартире, видны трюмо, кресло, бюро, фотографии в рамочках, диван, цветы, рисунок обоев, двери... После того как были готовы списки вещей каждой комнаты, мы составили еще более четкий план комплектования. В поисках и приобретении необходимых типичных вещей эпохи использовались знания, полученные нами в ходе изучения всех вышеназванных документов. Сделано много, но далеко не все. Работа по мемориализации дома и всею усадебного участка продолжается. Конечная цель у всех нас одна: каждый, кто придет в этот дом, должен войти в мир большого писателя и интересною человека, созданный с достаточной степенью научной достоверности.

А.Г. Романов, М.А. Перепелкин